Утрата собственности и squander-bug: сравнительная лингвокультурология

Утрата собственности и squander-bug: сравнительная лингвокультурология

ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СУБЪЕКТА, УТРАЧИВАЮЩЕГО СОБСТВЕННОСТЬ, В РУССКОМ, АНГЛИЙСКОМ, НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКАХ

Собственность относится к основным устоям общества. Отношения собственности возникают лишь при условии существования как минимум двух субъектов. Субъект собственности обладает правом собственности, пользуется объектом собственности: хранит, увеличивает либо уменьшает. В языке субъект собственности приобретает нейтральную, положительную или отрицательную характеристику, соответствующую стилистическую окраску, экспрессивность.

В данной статье мы проводим анализ лингвокультурологической характеристики субъекта, действия которого ведут к уменьшению, утрачиванию объекта собственности.

Характеристика субъекта имеет следующую квалификацию: 1. Тратящий по какой-либо неуважительной причине; 2. Тратящий в силу особенностей характера, отдающий:

а) бескорыстно,

б) легкомысленно, безрассудно.

Рассмотрим характеристику субъекта, тратящего по какой-либо неуважительной причине в больших или незначительных количествах: Привалов не различал своего от имущества жены и много растратил [3].

Такого субъекта носители русского языка называют с осуждением растратчиком, существительное образовано от основы глагола тратить — «расходовать, издерживать», приставка рас — указывает на раздробление, разделение на части. В семантике языковой единицы растратчик актуализируется признак траты своих денег, значение траты с корыстной целью доверенных ему денег, имущества составляют информационный потенциал.

В английском и немецком языках при данной характеристике субъекта выявлено только значение тратящего чужие деньги, которые находились у него на хранении, и, конечно, в свою пользу. В английском языке субъект номинирован существительным embezzler, которое происходит от англо-французского embesiler —«воровать», и книжной языковой единицей peculator— «вор, казнокрад, растратчик, расхититель». Носители немецкого языка называют данного субъекта существительными Veruntreuer (букв.: «человек, которому нельзя доверять») — «растратчик, расхититель»: sie haben die Gelder ihres Bruders veruntreut [6, 10, с. 721]; синонимом данного существительного являются существительные Unterschlagungstäter; Defraudant— от латинского defraudare— «обманывать», субъект обманывает других, «гребет» под себя особенно деньги.

Далее рассмотрим характеристику субъектатратящего в силу особенностей характера: бескорыстно. В семантике языковых единиц в русском языке не выявлено признаков коннотации, в них актуализируется признак субъекта, не стремящегося к личной наживе, выгоде.

Для характеристики субъекта  используется нейтральная или книжная лексика: бескорыстник (общеславянское користь первоначально означало «добыча»), которое употребляется и в книжной, и в письменной речи: Не корыстна еще девчонка … Она ему все деньги отвалила и проценты получает [1]; языковая единица книжного стиля бессребреник (букв.: «без сребра», означающая тоже, что и «серебро»).

В английском и немецком языках языковые единицы включают в свое значение коннотативный признак с оценочным компонентом: в английском языке субъект ассоциируется с человеком, который  не находится под влиянием своих чувств, ощущений, предубеждений или интересов, это незаинтересованный, бескорыстный человек — disinterested person, в немецком языке — с человеком «не полезным себе»: uneigennuetziger (selbstloserMensch.

Можно сделать вывод, что носители русского языка положительно оценивают субъекта бескорыстного, английского и немецкого языков — отрицательно.

Вероятно, это зависит от культуры, менталитета, общественного строя, в котором живут носители данных языков. Как показывают результаты исследования С.Г. Тер-Минасовой, в английском обществе больше ценятся профессионализм, трудолюбие, ответственность и т. д., а в русском  гостеприимство, общительность, справедливость [4, с. 255]. О том, что с точки зрения русской языковой картины мира, хорошо, когда человек бескорыстен и даже нерасчетлив, свидетельствует положительная окрашенность слов широта и размах и резко отрицательная оценка мелочности [2, с. 453].

Как известно, на носителей русского языка оказал влияние многолетний социалистический строй, в котором данное качество, — бескорыстие, — получало одобрение.

В английской и немецкой культурах, если человек не интересуется своими ощущениями, чувствами, не стремится жить лучше, как правило, он не интересен и не полезен не только себе, но и окружающему его обществу. 

В семантике языковых единиц русского языка, характеризующих субъекта, тратящего в силу особенностей характера: легкомысленно, актуализируется признак субъекта, который тратит необдуманно, несерьезно, опрометчиво, например, участвуя в азартных играх: Только я свои собственные продул, кровные, а не чужие [3].

Субъекта, тратящего легкомысленно, без толку, называют разговорным словом транжира,  глагол транжирить образован от французского trancher —«разрезать», в русской культуре, вероятно, ассоциируется с делением и, как следствие, уменьшением (утратой) собственности.

Следующие примеры демонстрируют полную утрату собственности из-за легкомысленного поведения: … в течение года он успел еще раз подняться и спустить все до нитки; … и просадит все до последней нитки [3].  

Субъекта, тратящего преступно, безрассудно в русской языковой картине номинируют книжной языковой единицей  расточитель и разговорным словом мот: Я, говорит, племянника не знаю; может он мот [1]. Субъект характеризуется, как не сдерживающийся доводами рассудка, благоразумия. Как известно, существительное рассудок интерпретируется, как «мыслительная способность, позволяющая логически осмыслять действительность; нормальное, обычное состояние человеческого сознания; общепризнанный здравый смысл, определяющий поведение человека» [5, 3, с. 1265]. Соответственно, потеря в силу безрассудства означает отсутствие всех этих качеств.

В семантике языковых единиц английского и немецкого языков актуализируется признак субъекта-расточителя, тратящего безрассудно, легкомысленно. В английском языке данный субъект характеризуется языковой единицей squanderer — «расточитель», который тратит опрометчиво, в больших количествах; spendthrift — языковая единица состоит из двух противоположных по значению частей: spend—«тратить» и thrift— «бережливость, экономность» (букв.: «расходующаяся экономность»);  waster — существительное происходит от древнефранцузского guaster – «разрушать,портить». Существительное wastrel образовано от waste+ суффикс-rel, имеющего бранное значение.

В разговорной речи чрезмерно тратящий деньги субъект, мот находит свое языковое выражение в семантике языковой единицы prodigal (от латинского prodigus — «расточительный»). Субъект, тратящий глупо, номинирован существительным dissipater, производным от глагола dissipate(латинское слово dissipatus — «рассеивать, разгонять»)

Сложное, разговорное слово squander-bug появилось во время второй мировой войны, оно обозначало своеобразный символ Британии в виде дьявольского насекомого, олицетворяющего безрассудную расточительность и трату во время военного дефицита.

В настоящее время образный компонент коннотации связан с образом субъекта расточителя, разгильдяя; существительное bug имплицирует важного, надутого человека, который на самом деле ничего из себя не представляет.

В немецком языке характеристика субъекта, который расточительно, легкомысленно тратит деньги, имущество, представлена языковыми единицами, этимология которых указывает на данное значение: Vergeuder, средневерхненемецкий глагол giuden [7, 7, с. 780] имеет следующее значение: «хвалиться, жить расточительно»; Verschwender от древневерхненемецкого префиксального глагола verswenden— «уничтожать, истреблять, поглощать (пищу)», из словосочетания verschwinden machen развилось сегодняшнее значение «легкомысленно и бесполезно тратить деньги, вещи и т. д.» [7, 7, с. 784]; Durchbringer, — основа существительного происходит от древненемецкого bringan — «расточать, проматывать» [7, 7, с. 99]; Verschleuderer—производная единица отглагола schleudern, который восходит к 16 веку и относится к родственным словам “schlottern, lottern” — «продать ниже стоимости, слишком дешево» [7, 7, с. 636]; Verplemperпроисходит от глагола verplempern, который имеет значение «проливать, просыпать», в переносном значении — «тратить легкомысленно, безрассудно» [7, 7, с. 536]. На израсходование либо утрату субъектом чего-либо указывает также словообразовательный компонент: префиксы durch-, ver-. 

Таким образом, проанализировав фактический материал, можно заключить, что в русском языке выявлена характеристика субъекта, тратящего легкомысленно: не размышляя, без учета последствий, опрометчиво, проявляя легкую степень безрассудства, и субъекта, тратящего преступно, безрассудно, возможно, в больших количествах.

В английском и немецком языках субъект имеет характеристику расточителя, которая ассоциируется прежде всего с безрассудной, большой и нецелесообразной тратой, а также легкомыслием; в данных языках характеристика субъекта представлена более детально. Коннотативные признаки в анализируемых языках включают в себя образный компонент: транжира, squander-bug, эмоционально-оценочный компонент, а также словообразовательный: суффикс-rel, имеющий бранное значение, префиксы dis-, durch-, ver-, указывающие на израсходование, трату. Большая часть языковых единиц в немецком языке сохранила этимологическое значение, некоторые единицы в анализируемых языках имплицируют первичное значение, ассоциируясь с образом субъекта, уменьшающего собственность: транжираwaster, Verplemper.

Большая часть языковых единиц, характеризующих субъекта, являются метафорами, которые относятся к разговорному стилю, иногда с бранным оттенком, например: wastrel. Субъект характеризуется сниженной экспрессивной окраской осуждения.

Образ субъекта, утрачивающего объект собственности по определенным причинам, безрассудно, легкомысленно, вызывает резко отрицательное отношение, языковые единицы имеют сниженную стилистическую характеристику. При анализе языковых единиц, характеризующих субъекта-растратчика, выявлено, что в русском языке субъект данного типа тратит как свои деньги,  так и вверенные ему деньги, в английском и немецком языках субъект-растратчик тратит только чужие деньги, но не свои собственные.

При характеристике субъекта, утрачивающего что-либо безрассудно или легкомысленно, в русском языке наблюдаются отличия в номинировании субъекта, в английском и немецком языках данной квалификации не наблюдается.

Основное отличие в характеристике субъекта, который уменьшает либо утрачивает собственность, заключается в том, что в английском и немецком языках не обнаружено положительной, либо нейтральной оценки субъекта.

  В русском языке субъект, отдающий бескорыстно собственность, может получить положительную оценку.

Большая часть языковых единиц в анализируемых языках принадлежит разговорному стилю.

 

Список литературы:

  1. Гоголь Н.В. Мертвые души: Поэма / Вступ. ст. и коммент. В.А. Воропаева. — М.: Сов. Россия, 1988. — 432 с.
  2. Левонтина И.Б., Шмелёв А.Д. Родные просторы //Зализняк Анна А., Левонтина И.Б., Шмелёв А.Д. Ключевые идеи русской языковой картины мира. М.: Языки славянской культуры, 2005. — 544 с.
  3. Мамин-Сибиряк Д.Н. Приваловские миллионы. Роман в пяти частях. — М.: «Худож. лит.», 1975. — 416 с.
  4. Тер-Минасова С. Г. Язык и межкультурная коммуникация: учеб. Пособие. — М.: Слово/Slovo, 2000. — 624 с.
  5. Толковый словарь русского языка: В 4 т. / Под ред. Д.Н. Ушакова. М., 1994.
  6. Duden Bedeutungswoerterbuch / Aufl.von Guenther Drosdowski // Duden Band 10. — 2, voellig neu bearb. u. erw. — Bibliographisches Institut Mannheim etc.: Dudenverlag, 1985.
  7. Duden Etymologie Herkunftswoerterbuch der deutschen Sprache. / Aufl.von Guenther Drosdowski // Duden Band 7. — 2, voellig neu bearb. u. erw. — Bibliographisches Institut Mannheim etc.: Dudenverlag, 1989.


    Степанова Е. Д. ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СУБЪЕКТА, УТРАЧИВАЮЩЕГО СОБСТВЕННОСТЬ, В РУССКОМ, АНГЛИЙСКОМ, НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКАХ // В мире науки и искусства: вопросы филологии, искусствоведения и культурологии: сб. ст. по матер. XV междунар. науч.-практ. конф. – Новосибирск: СибАК, 2012. Доступ по ссылке: http://sibac.info/conf/philolog/xv/28941

Автор: Степанова Елизавета Дмитриевна - соискатель, ассистент кафедры английского языка Волгоградского государственного университета, г.Волгоград; Е-mail: sstepanov61@mail.ru

Статья опубликована в рамках:

Международной заочной научно-практической конференции «Филология, искусствоведение и культурология: актуальные проблемы» (Россия, г. Новосибирск, 10 сентября 2012 г.)